Самира Р. Халиль, мать Афины
Мне казалось, что ее профессиональные достижения, ее умение зарабатывать деньги, ее новая любовь, ее радость, когда она играла с маленьким сыном, – словом, все отошло на второй план. Я была просто в ужасе, когда Шерин сообщила мне о своем решении – найти ту, кто произвел ее на свет.
Сначала я утешала себя – разумеется, никакого приюта больше не существует, личные дела давно уничтожены, чиновники окажутся непреклонны, правительство падет и границы закроют, или чрево, когда-то вынашивавшее Афину, уже давно обратилось в прах. Но этих утешений хватило ненадолго: мне ли было не знать, что для моей дочери препятствий не существует, ибо она способна на все.
До сей поры, эта тема у нас в семье была под запретом. Шерин знала, что она – наша приемная дочь, ибо бейрутский психиатр посоветовал рассказать ей, когда немного подрастет, всю правду. Но она никогда не спрашивала, откуда она, из какой страны – для нее, как и для нас с мужем, отчизной был Бейрут.
Приемный сын одной моей подруги покончил с собой в шестнадцать лет, когда у него родилась сестра – я помнила об этом, и потому мы с мужем больше не заводили детей и шли на любые жертвы, чтобы Шерин поняла: она – единственная причина моей любви, радости и печали, надежд и упований. И все равно, она этого вроде бы не замечала. О Боже мой, как неблагодарны могут быть дети!
Я хорошо знала свою дочь и понимала, что доказывать что-либо бессмысленно. Целую неделю мы с мужем почти не спали, а утром и вечером она бомбардировала нас одним и тем же вопросом: «Как называется тот румынский город, где я родилась?» В довершение всего, Виорель постоянно плакал, как будто сознавая, что происходит рядом с ним.
Я решила снова проконсультироваться с психиатром. И спросила, почему молодая женщина, у которой есть все, постоянно чувствует себя обделенной и несчастной.
– Все мы хотим знать, откуда мы, – сказал мне врач. – Это – фундаментальный философский вопрос. А что касается вашей дочери, то я считаю ее интерес к своим корням вполне оправданным. Разве вас это не интересовало бы?
Нет, отвечала я. Даже наоборот: я считала бы, что это опасно – искать человека, отвергшего и бросившего меня, когда я была лишена сил, чтобы выжить.
– Вместо того чтобы противодействовать, попробуйте помочь ей, – настаивал психиатр. – Быть может, увидев, что вы не возражаете, она откажется от своей идеи. Год, проведенный вдали от всех ее близких, должен был развить в ней некий, как мы говорим, эмоциональный голод, который она пытается теперь утолить такими вот мелкими провокациями. И устраивает их с единственной целью – убедиться, что ее любят.
Лучше бы Шерин сама пошла к психиатру – тогда бы я поняла причины ее поведения.
– Демонстрируйте доверие, не рассматривайте все это как угрозу. Но если она и после этого все же захочет уехать, вам остается только смириться и сообщить ей то, о чем она просит. Насколько я понимаю, она всегда была проблемной девочкой. Как знать, может быть, эти поиски укрепят ее?
Я спросила, есть ли у психиатра дети. Он ответил: «Нет», и я поняла, что напрасно обратилась к нему за советом.
В тот же вечер, когда мы сидели у телевизора, Шерин вновь взялась за свое:
– Что вы смотрите?
– Новости.
– Зачем?
– Хотим знать, что происходит в Ливане, — ответил мой муж.
Я почувствовала подвох, однако было уже поздно. Шерин моментально воспользовалась ситуацией.
– Вот видите, вам интересно, что происходит в стране, где вы родились. Вы обвыклись в Англии, обзавелись друзьями, живете спокойно и безбедно, папа много зарабатывает здесь. И все-таки продолжаете покупать ливанские газеты, щелкаете пультом, пока не наткнетесь на какой-нибудь репортаж из Бейрута. Вы воображаете будущее, исходя из своих представлений о прошлом, и не отдаете себе отчета в том, что эта война не кончится никогда. Скажу иначе: теряя связь со своими корнями, вы думаете, что утратили связь с миром. Так неужели же вам трудно понять мои чувства?!
– Ты – наша дочь.
– Да. И навсегда ею останусь. Я горжусь этим. Пожалуйста, не сомневайтесь в моей любви к вам, в том, как я благодарна вам за все, что вы для меня сделали. И я прошу только одного – позвольте мне побывать на моей истинной родине. Может быть, я спрошу женщину, которая произвела меня на свет, почему она бросила меня, а может быть, и не стану, а просто взгляну ей в глаза. Если не сделаю этого, буду презирать себя за трусость и никогда не смогу постичь суть и смысл пробела.
– Какого пробела?
– В Дубай я изучала каллиграфию. Я танцую при всяком удобном случае. Но музыка существует лишь потому, что существуют паузы. А фразы – лишь благодаря пробелам. Занимаясь чем-нибудь, я чувствую себя полноценным человеком, но ведь никто не может действовать на протяжении двадцати четырех часов кряду. И вот, когда я останавливаюсь, остро ощущаю, что чего-то не хватает.
Вы часто говорили мне, что я с рождения отличалась беспокойным нравом. Но ведь я не выбирала себе такую манеру поведения – мне бы тоже хотелось сидеть здесь и смотреть телевизор. Однако это невозможно: мысли в голове несутся без остановки. Иногда мне кажется – я схожу с ума: я должна постоянно что-то делать – танцевать, писать, продавать земельные участки, заботиться о Виореле, читать все, что подвернется под руку. Вы считаете, что это нормально?
– Такой уж у тебя темперамент, — сказал мой муж.
На этом разговор оборвался так же, как и все предшествующие: Виорель заплакал, Шерин замкнулась в молчании, а я в очередной раз убедилась в том, до чего же неблагодарны дети по отношению к своим родителям, а ведь те столько сделали для них. Однако наутро, за кофе, прерванный разговор возобновил мой муж.
– Некоторое время назад, когда ты работала в Дубай, я побывал в Бейруте, хотел понять, нельзя ли нам вернуться на родину. Нашего дома больше не существует, но страна восстанавливается, хотя в ней стоят иностранные войска и время от времени происходят вторжения. Я так обрадовался тогда и подумал: быть может, пришло время все начать заново? И эти слова «начать заново» вернули меня к действительности: я понял, что уже миновал тот рубеж, до которого можно позволить себе такую роскошь. Теперь я хочу лишь продолжать то, что делаю, а рисковать, затевая что-нибудь новое, больше не намерен.
Я стал искать людей, с которыми когда-то общался, встречался, пил виски по вечерам. Большинства уже нет, а оставшиеся постоянно жалуются на гнетущее чувство неуверенности в завтрашнем дне. Я прошелся по знакомым местам и повсюду ощущал себя посторонним – мне там больше ничего не принадлежало. А хуже всего – то, что мечта о возвращении меркла и тускнела с каждой минутой, с каждым шагом по улицам когда-то родного города.
И все же это было необходимо. Песни изгнания продолжают звучать в моей душе, и я знаю, что никогда больше не буду жить в Бейруте. Но дни, проведенные там, помогли мне осознать, где я нахожусь ныне, и оценить каждую секунду, проведенную в Лондоне».
– Что ты хочешь мне этим сказать?
– Что ты права. Быть может, и в самом деле стоит понять смысл пробелов. Отправляйся, мы присмотрим за Виорелем.
Он ушел к себе в кабинет и вернулся, держа в руках желтоватую папку, где хранились документы об удочерении, – и протянул ее Шерин. Потом поцеловал ее и сказал, что ему пора на службу.
Следующая глава будет опубликована: 03.03.07
“Дорогие читатели, так как я не говорю на Вашем языке, то я попросил Издателя перевести мне Ваши послания. Ваши мысли о моей новой книге очень важны для меня.
С Любовью.”
Пауло Коэльо
В первый же день, когда я купила книгу “Ведьма с Портобелло”, она исчезла. Нет, ее не украли и я не теряла
ее, она была в пакете и ее не стало. Эта книга была моей, другую я покупать не стала…Читаю с сайта. Интерес растет с каждой главой, вместе с желанием понять … Около 10 лет назад нам учительница математики вместо 2*2=4, читала маленькие рассказы.Мы ждали уроки математики с нетерпением, чтобы услышать новые необычные истории.
СЕйчас я понимаю, что это были притчи из Ваших книг. Эту учительницу я после школы больше не видела, но пару лет назад наткнулась на “Алхимика” и прочитала там давно знакомую историю. Словно другое измерение. Когда книга немного улеглась у меня в душе, я закотела прочитать следующую и следующую…Я учусь на журналиста и привыкла читать много литературы, но есть книги, которые не оживают, остаются набором бесконечных букв, слова…слова! Я люблю Ваши книги, хоть иногда и не могу согласиться с мыслью! Для меня каждая Ваша книга, как глоток прохладной воды -
освежает мысли! Открывает от обыденности!
Я люблю те мудрые мысли, которых так много в Ваших
историях! Сказать, что Вы мои самый любимый автор – это банально, хоть это и есть правда! Скорее – Вы тот, кто способен открыть новый угол взгляда на простые вещи! Я искренне благодарна Вам за каждую историю,книгу, притчу…
Я журналист из Екатеринбурга. 18 мая 2006 года мне доведлось беседовать с Вами. Вы очень просили дать Вам возможность почитать статью, которая получилась из нашей беседы. Така как я не уверен, что вы ее читали, то размещаю ее здесь.
Спасибо.
Знаки судьбы
Судьба каждому подает знаки, щедро рассыпая их на нашем пути. Просто не каждый из нас эти знаки умеет видеть и читать. Коэльо в своих книгах с потрясающей откровенностью рассказывает о себе, и учит своих читателей видеть знаки в их жизни. Если это называть “магией”, то он действительно маг, и я убедился в этом на собственном опыте: наше с ним совсем небольшое интервью превратилось в откровенный, возможно даже очень личный разговор.
Я заранее прошу прощения у читателя за то, что в данном случае для иллюстрации настоящей магии Коэльо мне придется немного поведать о себе самом… Я шел на встречу с этим писателем в “Трансотель” и думал о знаках судьбы. Неожиданно по дороге я увидел девушку – очень дорогой для меня человека – с которой, к сожалению, мы поссорились и она стала избегать встреч со мной. Обрадованный, я попытался заговорить с ней, но она буквально убежала от меня, не дав сказать ни слова.
В отеле, ожидая, когда писатель мне уделит несколько минут, я не переставал думать о ней и вместо первого вопроса, совершенно неожиданно, откровенно рассказал Пуало об этой встрече.
Он засмеялся: настолько довольный, как будто я сделал для него очень ценный подарок, принял очень расслабленную позу (ноги закинул на спинку кресла, выше головы) и, теребя свою бородку, стриженную эспаньолкой, сказал:
- Не огорчайтесь и не думайте, что этот знак для вас обязательно плохой. Знаки – это способ общения человека с Богом и нам не всегда нам дано сразу угадать что означает тот или иной знак. Здесь, в Екатеринбурге, тоже получал для себя знаки, которые не могу пока однозначно интерпретировать: значит мы с вами на равных.
Он с удовольствием раскурил сигарету и попросил продолжать.
- Хуан Ариас в книге “Пауло Коэльо: исповедь паломника” писал о том, как вы в юности приехали в Буэнос-Айрес для встречи со своим любимым писателем – Борхесом, но не смогли вымолвить ни слова. Сегодня, если бы он был жив, вы смогли бы преодолеть себя?
- Даже если бы я не был известным писателем, я все равно обязательно встретился бы с ним и поговорил. Например, пригласил бы его выпить чаю и слушал бы то, о чем он говорит. И даже в том случае, если бы ему не о чем было со мной говорить, я спросил бы у него что-нибудь простое, к примеру: “Нравится ли вам мой чай?”. Так как он – гений, то даже посредством такого вот простого разговора он смог бы возможно рассказать мне всю историю человечества!
Я считаю огромной слабостью с моей стороны то, что я не заговорил с ним тогда. Если бы это было возможно сейчас, я бы обязательно исправил эту ошибку.
- Говорят о том, что вы в Россию собирались давно, еще в 1982 году. Почему тогда не состоялась эта поездка? Какие у вас ожидания от нынешнего путешествия?
- Собираясь в путешествие, – отвечал он, – я всегда стараюсь не ожидать чего-то конкретного. Нужно быть открытым и просто совершать путешествие наилучшим образом – тогда оно само предоставит тебе все то лучшее, что может с тобой случиться. То, что я встретил в этой дороге – совсем не то, что я ожидал. Все гораздо лучше, чем я ожидал, это очень приятная для меня поездка!
А в 82-м я действительно собирался в Россию, но в то время для неизвестного здесь бразильца было очень сложно сделать визу. Мне тогда это не удалось.
- Знаю из других интервью о том, что вы хорошо относитесь к русской классике. А читаете ли вы современных российских писателей?
- Нет, к сожалению. Проблема тут в переводе: очень мало переводной литературы из России. Зато русские классики очень приблизили меня к России. Я здесь – во многом благодаря им.
- Читаете ли вы сейчас, в дороге, какие-нибудь книги?
- У меня с собой несколько книг о России и о транссисибирской магистрали, по которой мы едем, но я их не читаю, а скорее листаю: в поезде качает и читать сложно для меня, также как и пользоваться компьютером.
В поезде я больше предпочитаю общаться с людьмию А читать лучше дома.
- Многие читатели считают вам магом. Практикуете ли вы сейчас магию?
- Путь Сантьяго, о котором я рассказываю в своей книге “Дневник мага”, на самом деле путь для простых, обычных людей, но на этом пути очень много знаков, которые подает нам Бог. Об этом я стараюсь говорить в каждой своей книге. Каждый человек может развивать свой внутренний мир и свободно разговаривать с Богом при помощи своего внутреннего мира.
Сейчас исполнилось 20 лет с тех пор, как я совершил первое паломничество в своей жизни и написал первую книгу. Это мое путешествие по России посвящено событиям тех лет.
Магия есть в каждом из нас, а мои книги – это просто своеобразный катализатор, который открывает внутренний мир, мир магии.
Прощаясь, я пожелал ему еще раз повторить путь Сантьяго, который он совершил 20 лет назад, но уже в качестве наставника, как его учитель – Петрус, описанный в “Дневнике мага”.
Растроганно Пауло спросил, есть ли у меня книга, чтобы подписать. Я протянул ему старенькое издание “Алхимика”, которое захватил с собой.
В задумчивости перевернув титульный лист он спросил:
- Как зовут ту девушку, о которой вы рассказывали в начале нашего разговора? Меня, признаться, очень тронула эта история.
Я назвал имя, а Коэльо что-то быстро написал по-португальски и попросил передать каким-нибудь образом книгу той девушке. Я пообещал сделать это и уже было собрался уходить, но он неожиданно еще раз крепко пожал мне руку и даже поцеловал в щеку, уколов щетиной.
Вот и все. Осталось только найти переводчика с португальского. Впрочем, это уже не мое дело – а той девушки, ведь предназначено послание Коэльо ей, а не мне.
Александр Шорин
Пауло!Здравствуйте!
Я испытываю невероятное счастье,когда читаю Ваши книги. Как будто открывается моя душа,и я начинаю общаться с Богом.
С Вашими героями меня связывают похожие переживания на пути поиска истины. Благодарю Вас, что Вы смогли сказать открыто о том, что мучает каждого из нас!
Только не могу понять, почему Афина погибла? Значит наш мир ещё настолько жесток и несовершенен,что не смог принять её? Или у неё не хватило сил и Любви,чтобы сделать его лучше?
С благоговением,
Ольга
Дорогой Пауло!
Спасибо за ваши книги! Я всегда очень жду появления каждой!!
Они приходят ко мне именно в нужный момент!
Ваши книги помогают мне вернуться из суеты жизни к себе, к своим желаниям и целям, к своим вопросам!! Они помогают мне работать над собой и делать мою жизнь интересней и осмысленней!
Спасибо Вам за эту помощь!!
Читая ваши книги, я чувствую где-то внутри себя такое мощное чувство покоя и осознания, что все идет так как надо и волноваться незачем!
Это потрясающее чувство доверия Жизни!
Спасибо, что открываете его людям!
С уважением,
Ирина
Dear Paulo!
I am glad to say thanks to you for your books.Your books is my music for life, belive in myself. For the first time I read your book in my difficult moment in my life.My breathing and I am in a hormony with for world’s soul.My work inspire other people. I have my inspiration in your books. It help me now too.
Дорогой, Пауло!
Ваши книги меня потрясли и заставили задуматься над смыслом жизни. Вы научили меня мыслить поиному, проникать ч самые сокравенные части нашей души. Вы показали мне путь/дорогу мечте. Я науилась ценить чужой труд и трудиться сама. Спасибо вам!
Уважаемый, Пауло! Я очень благодарна вам за то, что вы буквально перевернули моё представление о многих вещах и показали мне то, что я не видела раньше. После прочтения ваших книг остаётся ощущение чего-то светлого, которое не пропадает долгое время. В них я нашла ответы на многие вопросы, которые я задавала сама себе. Вы показали мне чудо, помогли поверить в исполнение желаний и обрести надежду. Здоровья вам и вашим близким, будьте счастливы!
Dear, Paulo! I am very thankful to you. You literally have changed my point of view about a lot of things. You showed me that I had not seen earlier. After reading your books I have a filling of something light that does not vanish for a long time. I have found answers to many questions that I ask to myself. You have shown to me a miracle, helped to believe in the fulfilment of wishes and to find hope. Health to you and your relatives, be happy!
Дорогой Пауло! У меня не хватает слов выразить вам свою благодарность… просто переполняют эмоции и теплые чувства к Вам… уверена, не случайно тогда, в книжном магазине, мне попала под руку именно ваша книга, это судьба. Вы помогаете жить и мечтать, проникаете в самую глубь души.. Неземное спасибо. Навеки ваша.
Dear Paulo! I can`t put my gratitude to you into words… simply I overflow with emotions and warm feelings to you … I am sure it was not casual that I got your book in the shop, it was a destiny. You help to live and dream, get into the depth of a soul.. Universe thanks. Forever yours.
Я собираюсь покинуть свою Родину и жить в другой стране, поэтому новая книга мне близка. С нетерпением жду продолжения.
I am going to leave my country and will live in other one, so your new book is so close to me. I am looking forward to continuation.
Уважаемый Пауло !
Вы – гениальный писатель.
Ваши произведения удивительны. Они написаны доступным языком для каждого. В этих , казалось бы, простых словах
столько смысла !
Dear Paulo!
You are a genius writer.
Your books are awesome. They are written in a easily understood language for everyone. In these simple words (one would think) it is so much sense!